Поволжский Образовательный Портал

Ведущие вузы страны должны быть доступными

Опубликовано 19 июня 2006

Выпускники школ в 21 регионе страны в эти дни сдают Единый государственный экзамен. Столичные школьники впервые опробовали его на истории. Правда, результаты тестов реально пригодятся только тем ученикам, которые собираются поступать в вузы на факультеты, где история - один из вступительных экзаменов. И для москвичей нынешняя проверка сил - не единственный шанс сдать ЕГЭ по истории: в июле столичные вузы, участвующие в эксперименте по введению Единого госэкзамена, предложат тем, кто не сдавал ЕГЭ в июне, сдать его по истории непосредственно в вузе. О целесообразности и объективности ЕГЭ, о новой системе выпускных и вступительных экзаменов корреспондент Страны.Ru Ольга Павлюченко расспросила проректора Государственного университета - Высшей школы экономики Григорием Канторовичем.

- Григорий Гельмутович, каково ваше отношение к Единому государственному экзамену? Нужен он или нет?

- Если говорить всерьез, то даже те недостаточно удачные формы КИМ (контрольно-информационные материалы), которые сегодня применяются, показали, что примерно 20-30% ребят из нашей российской школы, в целом не в состоянии сдать этот экзамен. То есть появилась некая объективная шкала, которая при всех ее несовершенствах показывает: вот где у нас болевая точка, вот где у нас плохо. Поэтому первый плюс - это возможность объективного взгляда на то, что у нас имеется.

Вторая ситуация, о которой мы много говорим, но на этом все и заканчивается - это ежегодное снижение числа выпускников школ. Сколько детей в школе - известно точно на 10 лет вперед, но неясно, кто из них пойдет в техникумы, а кто в вузы. Тем не менее, сегодня число мест на первом курсе институтов по стране примерно равно числу выпускников школ, и эта ситуация, скорее всего, может привести нас к тому, что, как и по всей Европе, вступительные экзамены в вузы потеряют смысл. Сегодня в масштабах страны уже примерно так и есть. Есть вузы, куда по-прежнему трудно поступить, но таких - 20, ну, 40 на страну.

В-третьих, аттестат зрелости должен быть гарантией того, что вы можете продолжать учиться дальше и получать высшее образование, но тогда непонятно, зачем проводить экзамены дважды? Вот поэтому нам и нужна была система национального тестирования, но тестирования в более широком смысле, чем русский термин. По-европейски тест - это любой, но национальный экзамен, который проводят организации, напрямую не связанные ни со школой, ни с вузами. Национальный тест - это как лицензия на продолжение обучения, и ее, конечно, должна давать независимая организация.

Вы, наверное, знаете, что в большинстве европейских и даже американских вузов нет вступительных экзаменов, но отборочная комиссия там есть. Она работает с результатами этого национального теста, с рекомендациями школьных преподавателей. Самые лучшие университеты и институты типа Гарварда вывозят детей в лагеря - что-то похожее на наши олимпиады и кружки юных, - и на месте проводят неформальный отбор. Там, правда, есть доверие к этим институтам, а у нас первое, что скажут, это то, что ведущие вузы "проданы", они отберут только своих любимцев.

Ну, и четвертая причина необходимости ЕГЭ: у нас еще с советских времен вузы очень неравномерно распределены по стране. Нужно сделать доступным поступление в лучшие вузы. Довольно глупо, чтобы все приезжали, скажем, в Москву в июле месяце, парились и потом уезжали, например, на Дальний Восток, несолоно хлебавши. Вот поэтому нужна какая-то система, чтобы не нужно было эти наши традиционные вступительные экзамены проводить. Это сделает высшее образование доступным для людей из провинции.

- Как вы считаете, а поможет ли ЕГЭ победить коррупцию в высшем образовании?

- Я бы не сказал, что Единый государственный экзамен способен устранить коррупцию. То, что он помогает ее снизить - это безусловно. Но вот исследования Высшей школы экономики показывают, что основная коррупция идет в вузах уже на стадии обучения. Правда, бывают единичные зафиксированные случаи и при поступлении, а незафиксированных, наверняка, больше. Наверное, скоро кто-то будет пытаться купить и результаты Единого государственного экзамена.

С этим надо бороться, надо всячески улучшать технологию проведения ЕГЭ. Один из путей - это увеличение периода времени между экзаменами и подведением их результатов, как делается во всех странах. Не менее полугода, а не одна неделя, что, по сути, исключает привлечение экспертов на местах; все работы пересылаются в одно место, и единая команда их там проверяет. Сегодня третья часть ЕГЭ - "C", за которую ратуют сторонники традиционных экзаменов, наиболее уязвимое, наиболее слабое место ЕГЭ.

Мне приходится работать в Конфликтной комиссии по ЕГЭ в Москве, и я, может, не все, но очень многое знаю, что делается в регионах. Прежде всего, в регионах нет такого количества качественных экспертов, чтобы оценить эту часть работы - например, сочинение. Представляете, по всей стране какое-то эссе надо оценить единообразно и поставить оценки. Вот тут и происходят самые, на мой взгляд, большие злоупотребления и просто "проколы", потому что творческие задания не приспособлены к механической проверке разными несогласованными в своих действиях экспертами.

- Могут ли вузы как-то проверить результаты школьных ЕГЭ?

- Это как раз самое простое. Существует электронная Федеральная база свидетельств, по который вы можете сверить все оценки абитуриента. Вводите фамилию, номер паспорта и получаете реальный список оценок. Его сверяют с тем списком, который принес абитуриент. Честно говоря, подделок мы пока не обнаруживали, но, тем не менее, неточности бывают.

- Известно, что, в отличие от Москвы, в регионах ЕГЭ по многим предметам является обязательным. Будут ли московские вузы, в частности Высшая школа экономики, принимать результаты ЕГЭ из провинции?

- Да, конечно, будут. Все вузы Москвы, подведоственные Минобразования, обязаны на все 100% специальностей учитывать результаты Единого государственного экзамена по всем предметам. Например, если ты сдавал у себя во Владивостоке Единый государственный экзамен по математике, то московский вуз обязан засчитать эту оценку по шкале пересчета и все. У нас в Высшей школе экономики будет чуть по-другому: у нас выпускник сам будет думать, согласен он засчитать оценку, полученную по ЕГЭ в школе, или будет пересдавать у нас. Исключение, естественно, составляет только история. Нам кажется, что эта схема лучше, но я понимаю, что в масштабах страны опять возникают экономические вопросы. Но поскольку мы подведомственны Министерству экономического развития и торговли, у нас есть некоторая свобода выбора.

- Что вы делаете в том случае, если, скажем, на 100 мест претендуют 120 человек с одинаковыми оценками по ЕГЭ?

- Такая ситуация может быть при любой форме экзаменов. После окончания экзаменов мы объявляем проходной балл. Например, у нас 150 мест, но 140 человек набрали 30 баллов, а тех, кто набрал 29 баллов, больше 10. Мы объявляем собеседование с теми, кто набрал 29 баллов и из этих людей потом составляем рейтинговый список, а затем из списка выбираем лучших.

- Скажите, пожалуйста, много ли студентов из регионов появилось в Высшей школе экономики благодаря ЕГЭ?

- У нас сейчас примерно половина студентов и абитуриентов не из Москвы и области, а из регионов. Этот перелом произошел два года назад. Мы для себя даже решили, что наконец-то из чисто московского вуза превратились во всероссийский. Тут несколько причин. Во-первых, действительно помог Единый государственный экзамен. Ну и, все-таки, произошло определенное повышение уровня жизни в провинции, стало экономически доступней и приехать в далекий город, и жить там, и учиться.

По материалам сайта Страна.Ru

Другие матералы рубрики:

Архив новостей

2017Последние новостиЯнварь