Поволжский Образовательный Портал

Эксперты перепроверят самые высокие результаты единого госэкзамена

Опубликовано 20 сентября 2006

В федеральном институте педагогических измерений (ФИПИ) Рособрнадзора подвели итоги первого онлайн-педсовета, посвященного ЕГЭ. В виртуальном совещании приняли участие более ста пользователей Интернета из 21 региона. Как снизить количество ошибок в тестах? Можно ли доверять результатам стобалльных ЕГЭ? Когда появятся новые варианты КИМов? На эти и другие вопросы "РГ" отвечают директор ФИПИ Андрей Ершов и его зам, а по совместительству заведующая Центром оценки качества образования РАО Галина Ковалева.

Российская газета: Были предложения отменить ЕГЭ?

Андрей Ершов: Нет. Участники педсовета обсуждали, в частности, права вузов при переходе ЕГЭ в штатный режим, проведение апелляций, доставку контрольно-измерительных материалов в отдаленные районы страны, оплату труда экспертов, которые разрабатывают тесты. Но об отмене "единого" уже вопрос не стоит. Спрашивали, скажем, о том, как сравнить качество образования в регионах, которые начали проводить экзамен пять лет назад и в прошлом году. Действительно, опыт разный.

РГ: А кто из предметников проявил наибольшую активность в обсуждении?

Галина Ковалева: Как ни странно, в педсовете не приняли участие учителя литературы, русского языка и истории. То есть те, у кого было больше всего претензий к тестовым заданиям. Между тем, чтобы снять вопросы о наиболее спорных моментах нашей истории, ФИПИ в этом году пригласит к сотрудничеству ведущих российских историков!

А вот математики были на высоте. Здесь развернулась очень интересная дискуссия об обязательности математики, о разумном уровне сложности. Затем, если сравнивать активность участия в обсуждении, по убывающей, шли информатики, географы, биологи, физики.

РГ: А кого-то персонально запомнили?

Ковалева: Меня поразил студент из РУДН Саша Шубин, которого волновала проблема формата тестов. Он заметил такие технические тонкости, на которые не всякий и внимание обратит. Они, по его мнению, ставят ребят в неравные условия: одни, заполняя титульный лист, сразу видят задания, а другие какое-то время спустя. А это уже вопрос социальной справедливости. К слову, мы приняли решение самых активных участников педсовета пригласить на Международную конференцию по оценке качества образования, которая состоится в Москве в конце сентября.

РГ: А сами вы как считаете: нуждаются тесты в доработке?

Ершов: Тесты отражают те недостатки образования, которые сейчас есть. Ведь ЕГЭ больше всего и ругают за аспекты, которые не очень хорошо отработаны в госстандарте, программах, учебниках. Мы прекрасно понимаем, что нужны тесты на компетентность, межпредметные и тому подобное. Но нельзя спрашивать то, чему в школе не учат.

РГ: Что планируете сделать, чтобы облегчить подготовку к выпускному экзамену в новом учебном году?

Ершов: В частности, на нашем сайте в открытом доступе будет опубликована часть обширного банка тестовых заданий. Это позволит педагогам и школьникам сориентироваться в том, что их ждет весной.

Ковалева: В 2007 и 2008 годах мы не будем вносить в тесты существенные изменения. Ведь школа не в состоянии очень быстро на них реагировать. Легкая правка может коснуться типов заданий. Два года будем следить за новыми учебниками. К тому же минобрнауки обещает в 2008 году принять новый образовательный стандарт. Все это будет отражено в контрольно-измерительных материалах 2009 года. Затем опять объявим мораторий на два-три года. Вообще мы планируем выдерживать следующую схему появления новых тестов: создание перспективной модели, обсуждение среди профессионального сообщества и введение их через два-три года, когда учителя будут к этому готовы.

РГ: А каким, по мнению ваших респондентов, будет ЕГЭ в 2009 году, когда из эксперимента перейдет в штатный режим?

Ковалева: Они отмечают, что нужно сделать процедуру более стандартной, усовершенствовать технологию проведения. Да и над информационной безопасностью предстоит поработать. Потому что, чего греха таить, нам приходится расследовать случаи абсолютно идентичных работ. До сих пор жива старая традиция помощи ученику прямо на экзамене.

РГ: И много нареканий такого рода было в этом году?

Ковалева: В 2006 году Рособрнадзор и ФИПИ, что называется, завинчивали гайки: скрупулезно отслеживались все отклонения от процедуры экзаменов. Специалисты наших предметных комиссий проводили специальный статистический анализ похожих работ. Но случаев откровенного списывания зафиксировано немного.

Ершов: В этом году мы проведем перепроверку около пяти тысяч работ, а среди них все тесты "стобалльников". В группу перепроверенных попали все работы, которые вызвали какие-то вопросы и сомнения, а также контрольные, выбранные по жребию.

РГ: А что будет с теми первокурсниками, которые уже поступили в престижный вуз по результатам ЕГЭ, если окажется, что их отличная контрольная - липа?

Ершов: В этом году - ничего. ЕГЭ пока живет в режиме эксперимента, и нет документов, на основе которых можно кого-то наказывать. Но мы все равно передадим результаты перепроверки в Рособрнадзор. А их дело - делать выводы по проштрафившимся начальникам и пунктам проведения экзаменов. Я считаю, что в ближайшее время необходимо создать систему, по которой все работы с оценкой от 90 до 100 баллов должны быть проанализированы в Москве. Это около половины процента всех контрольных, поэтому мы в состоянии это сделать очень быстро - в течение трех-четырех дней. То же касается и сомнительных работ. И главное - нужна нормативная база, которая позволит на основании этих проверок изменить результат выпускника. Ведь если я сейчас заявлю, что в регионах нет случаев подтасовок результатов ЕГЭ, то пойду против истины. Поэтому перепроверка снимет очень серьезное общественное напряжение вокруг отличных работ.

РГ: А в вузы будет поступать информация о "псевдостобалльниках"?

Ершов: Ни в коем случае. Итоги перепроверки являются конфиденциальными. Да и на всей персональной информации об участниках "единого" экзамена по приказу Рособрнадзора стоит гриф "для служебного пользования".

РГ: Были в этом году замечены опечатки или ошибки в тестах?

Ершов:Ошибок и неточностей становится год от года все меньше. В 2006-м из 25 тысяч заданий, которые использовались в КИМах, их было всего семь. По части из них были изменены оценки выпускников в лучшую сторону.

РГ: Смешные ошибки были?

Ершов: Были абсурдные ситуации. Так, составляя тесты по химии, ошибку сделал профессор, доктор наук, декан факультета. Это задание просматривали 16 очень крупных специалистов, потом его видела приемная комиссия - и никто не заметил! Это и называется "человеческий фактор" и "замыленный глаз".

РГ: Может быть, стоит расширить круг внешних экспертов?

Ершов: В этом году к экспертизе привлечем московских студентов, которые поступили в вузы по результатам ЕГЭ и олимпиад. Они будут официально получать зарплату. Но перед тем как они приступят к работе, мы их очень тщательно проверим...

РГ: В каком смысле?

Ершов: Выясним, как поступал, чем занимаются родители, какие у них связи, не было ли блата.

По материалам Российская газета.

Другие матералы рубрики:

Архив новостей

2017Последние новостиЯнварь