Поволжский Образовательный Портал

Капитал отчуждения

Опубликовано 10 апреля 2007

Не все, что хорошо в Массачусетсе, приживается в России 

Почему идея эндаумента, заложенная в новом законе о целевом капитале для учебных заведений, не зажгла выпускников и преподавателей одного из самых престижных факультетов МГУ? На этот и другие вопросы корреспондента "РГ" отвечают декан факультета вычислительной математики и кибернетики Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова академик РАН Евгений Моисеев и заместитель декана по учебной работе Борис Березин.

Российская газета | Судя по отзывам, у ВМиК, который долгое время оставался самым молодым среди факультетов МГУ, сложились тесные связи с выпускниками.

Евгений Моисеев | Да, стараемся не терять из виду. И они про нас не забывают. В июне 2005 года создано и зарегистрировано как некоммерческая организация Сообщество выпускников ВМиК. А что до самого факультета - он самый молодой из старых. Из тех, что принято считать фундаментальными. Потому что в последние десятилетия появилось много новых факультетов - небольших. Хотя есть и сравнимый с нами факультет фундаментальной медицины.

РГ | Стать студентом ВМиК непросто - и раньше, и сейчас конкурс при поступлении высокий. А велик ли спрос на ваших выпускников? Куда и на каких условиях они идут работать?

Моисеев | Раньше половина шла в оборонку, часть - в академические институты. Но больше всего, конечно, по так называемой закрытой тематике.

Борис Березин | Когда cуществовало распределение, мы в первую очередь выполняли потребности государства. А они были связаны с развитием академической науки и задачами военно-промышленного комплекса. Радиопром нас очень активно потреблял, электронная промышленность, многие охотно шли в авиапром - на заводы и в КБ Сухого, Лавочкина...

РГ | А сейчас - когда не стало распределения?

Моисеев | Военно-промышленный комплекс по-прежнему нуждается в наших выпускниках. Оттуда приходят, выступают перед студентами. Но поскольку они не могут дать такую зарплату, как предлагают в бизнес-структурах, туда идет меньше народу, хотя идут. За это время резко вырос спрос на наших специалистов в IT-компаниях, финансовых структурах, востребованы специалисты по теории риска, вопросам безопасности.

РГ | А на какую в среднем зарплату зовут ваших выпускников?

Березин | Как вы понимаете, компании называют только нижнюю границу, да и сами выпускники не очень любят это афишировать. Но в среднем, я думаю, меньше, чем на 700-800 долларов, если только работа не является очень интересной, наши выпускники не соглашаются.

Моисеев | Академик Журавлев, который заведует у нас кафедрой математических методов прогнозирования, на семинаре у ректора МГУ Садовничего заявил, что его выпускники сразу получают от 1000 до 1500 долларов.

Березин | Есть и больше. Бывает, ко мне напрямую обращаются с фирм: срочно нужен выпускник с вашими мозгами, знающий такие-то и такие-то технологии, - и кладут сразу 1600. Студентам очень тяжело отказываться от подобных предложений, даже если они хотели бы дальше заниматься наукой. Приходится выбирать - сохранить пространство для творчества или смириться с узким кругом предлагаемых должностных обязанностей. Стать, по сути, инженером-конструктором, если оперировать старыми понятиями, а называться на современный манер "бизнес-аналитиком". Тот, кто свой первый выбор делает в пользу денег, довольно быстро растрачивает багаж знаний, полученный на факультете...

РГ | О связях факультета с выпускниками я завел разговор не случайно. Недавно принят Закон "О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций". Для краткости такой механизм стали называть на англо-американский манер эндаументом. Как вам эта идея применительно к факультету?

Березин | По идее задумка хорошая. Создается некоммерческий фонд, туда кто-то вкладывает деньги, и можно использовать на развитие факультета только проценты или прибыль от этого капитала. Значит, нужен нормальный управляющий, который бы этим занимался. Эта организация должна кормить сама себя, плюс что-то остается факультету. Мы прикидывали, как это может быть. Чтобы это выглядело разумно, минимальный размер целевого капитала должен быть не менее миллиона долларов.

РГ | Насколько знаю, законом установлена лишь минимальная планка для такого капитала - 3миллиона рублей. Причем эта сумма может собираться в течение года...

Березин | Что такое три миллиона рублей? Реальный процент, который оттуда можно получить,- это сумма в пределах 30- 100 тысяч. Или два хороших компьютера. Никаких сколько-нибудь серьезных проблем с такими средствами не решить. Ну, разве еще поддержать работу студсовета. Хотя и здесь - чтобы в день факультета снять клуб, где бы студенты могли отдохнуть, надо 160 тысяч.

Все разумные применительно к нашему факультету инициативы начинаются от миллиона рублей. Но его надо откуда-то взять. Да, у нас много выпускников, которые руководят достаточно крупными организациями. И они нам, естественно, помогают. Но оторвать круглую сумму от своего бизнеса, чтобы положить куда-то, - в их понимании это мертвый капитал. И для нас это был бы не самый большой доход.

РГ | То есть механизм неплохой, но руководство ВМиК он не вдохновляет? И у ректора МГУ это не обсуждалось?

Моисеев | Мне неизвестно. Во всяком случае, с деканами этот вопрос не обсуждался. И нас он к этому не призывал.

РГ | Но ведь есть уникальный опыт MIT - Технологического института в американском штате Массачусетс, на который теперь часто ссылаются и ставят в пример. Стараниями его выпускников сформирован фонд поддержки и развития alma-mater, который давно превзошел те суммы, что институт получает из казны. Почему бы и в российских вузах, на крупных факультетах не создать похожие фонды с целевым капиталом?

Березин | Наши выпускники в течение года дают нам заведомо больше - в разной форме, чем мы можем получить от такого капитала.

РГ | Как я понимаю, предлагается перевести это с разовой на постоянную основу, создать стабильный источник поступления дополнительных средств, которые, что немаловажно, можно учитывать при планировании...

Березин | Да, но вся загвоздка в том, что они должны разово вложить в десять раз больше!

РГ | Зато появляется капитал для развития, его можно с каждым годом наращивать...

Березин | Давайте опять говорить, о каких суммах идет речь. Бюджет факультета - это 30 миллионов рублей, внебюджетные средства - еще примерно столько же, но из них нам достается 70 процентов. Потому что часть мы отдаем в распоряжение ректората МГУ. Деньги, полученные за обучение студентов, мы должны направлять в основном на обучение студентов, принятых на платной основе, - таковы правила. Значит, для того, чтобы эти деньги нам учитывать и планировать - на уровне бюджетных и внебюджетных сумм, давайте посчитаем, какой это должен быть фонд.

РГ | Но ведь речь не идет о суммах, равноценных годовому бюджету организации - в данном случае факультета. Это некий довесок, подпорка в каких-то делах. Тем более на начальной стадии. А в дальнейшем, когда размер целевого капитала подрастет, он сможет играть и более существенную роль...

Березин | Все красивые слова упираются в конкретные цифры - каким должен быть этот фонд, чтобы получить хотя бы средства, которые мы уже имеем...

Моисеев | А может, нам действительно обсудить эти соображения на Сообществе выпускников?

Березин | Собирались уже и считали. Как получить миллион долларов? Тысяча выпускников по тысяче долларов. Такого нет. Хорошо. Тогда - сто выпускников по 10 тысяч долларов, это более реально. Или 20 выпускников по 50тысяч долларов. Но это значит, что человек должен вынуть эти деньги из своей компании и вложить куда-то. Причем работать эта схема начнет в лучшем случае через год...

Многие наши выпускники, как я уже говорил, заняты в иностранных компаниях, в том числе и находятся близко к руководству: Microsoft, HP, Intel, Samsung - везде есть. Но ясно, что от них никаких денег на это получить невозможно. Ребята, работающие в государственных организациях, ничего тоже внести не могут - разве что оторвать от зарплаты или премиальных. А те, кто организовал собственный бизнес, может, и согласились бы, но хотят что-то получить взамен.

РГ | Получить можно исключительно моральное удовлетворение от того, что поддержал альма-матер в долгосрочном плане. Никаких налоговых или иных льгот закон о целевом капитале не предусматривает...

Березин | Я глубоко этим не интересовался. Но хочу отметить, что наши выпускники помогают нам в разных вопросах. Поскольку мы работаем как государственное учреждение, то все, даже заработанные нами средства, учитываются как бюджетные. Их и называют соответственно - привлеченные извне бюджетные средства. И мы расходуем их через казначейство- при жестком контроле и такой же отчетности.

По обычному счету мы можем сейчас купить компьютеров на сумму не более 60 тысяч рублей - в квартал. А все остальное - через тендеры. И тут доходит порой до абсурда. Организуя конкурс на закупку, скажем, компьютерного класса, мы не имеем права указать даже тип процессора, на котором хотели бы работать и обучать студентов. Допустим, нам нужны процессоры фирмы N, а что в результате получим, неизвестно. Мы лишены возможности отказать компании, которая выставила заведомо более дешевое предложение, хотя до этого уже "прославилась" тем, что выпускает не очень качественную продукцию.

РГ | На ущербность и формализм подобного рода тендеров указываете не только вы...

Березин | И поэтому мы вынуждены много хитрить. Если проводим международную конференцию и надо позаботиться о "папке участника", как тут проводить тендер? Точное число участников становится известно примерно за месяц. И ровно месяц нужно на проведение тендера. А на изготовление, выходит, один день... Тогда мы и обращаемся к нашим выпускникам: ребята, помогите. И они помогают. Потому что могут на свои деньги закупать, что хотят и сколько хотят.

Моисеев | Есть и другие примеры, где эта помощь реальна и очень уместна. Исключительно на средства выпускников мы отремонтировали и оборудовали по последнему слову аудиторию имени академика Тихонова - основателя ВМиК. Там при входе на бронзовой табличке перечислены имена выпускников, которые взяли эти расходы на себя. И названия их компаний. Сегодня это именно то, что нам нужно. Потому что по действующим правилам, на условиях тендера, закупить для этой аудитории хорошую итальянскую мебель мы бы просто не смогли.

Александр Емельяненков. Российская газета.

Другие матералы рубрики:

Архив новостей

2017Последние новостиЯнварь