Поволжский Образовательный Портал

В России грядет очередная реформа - Министерство образования и науки намерено разобраться с аспирантурами и аспирантами

Опубликовано 28 апреля 2004

Непререкаемый в советскую эпоху авторитет аспирантур в последние годы сошел на нет. К гражданам с кандидатскими и докторскими степенями и в России, и за рубежом относятся с огромным недоверием - настоящие ли они ученые? Если учесть, что наша страна всегда славилась своими научными кадрами, становится обидно до слез. Но нет дыма без огня. Сегодня главная кузница научных кадров - аспирантура - дискредитирована. Факты написания диссертаций за деньги, бредовые темы работ, многолетнее зависание молодых ученых в статусе аспирантов - грустная реальность. Например, в прошлом году кандидатами наук стали только 22,5 процента от общего количества аспирантов, подошедших к защите. В результате в стране сложилась парадоксальная ситуация: при безумной популярности аспирантур - в них сегодня учится порядка 135 тысяч человек - страна испытывает острую нехватку научных кадров. Бывшее Министерство образования подготовило реформу аспирантуры, которая, по всей видимости, будет продолжена новым Министерством образования и науки. Однако успех не гарантирован.

Если говорить о сути реформы, то по большому счету она сводится к одному - сокращению бюджетных мест в аспирантурах и ужесточению требований к качеству, тематике и времени подготовки диссертаций. Кроме того, произойдет сокращение самих аспирантур - будут закрыты те, которые на протяжении трех лет защитили менее 25 процентов аспирантов от общего числа учащихся.

Сокращение аспирантских мест в условиях огромного на них спроса (с середины 90-х каждый год набор увеличивался на десять процентов) кажется нелогичным. Тем более что, по словам замминистра образования Михаила Стриханова, средний возраст профессуры составляет 60-70 лет, а приток кадров практически отсутствует. Так что через несколько лет может сложиться катастрофическая ситуация с нехваткой специалистов в сфере науки и образования. Всего количество научных работников в России сократилось по сравнению с 1990 годом почти вдвое. Однако в запланированном сокращении есть одна особенность: оно коснется в основном гуманитарной сферы. Как рассказал Итогам главный ученый секретарь Высшей аттестационной комиссии (ВАК) Владимир Неволин, в первую очередь будет ограничен прием именно на те специальности, которые пользуются сейчас максимальным спросом. Это педагогика и экономика, по которым защищается более половины всех аспирантов. Стране ни к чему такое количество экономистов со степенями, особенно учитывая плачевное состояние экономики, - считает Владимир Неволин. - Вообще качество гуманитарных диссертаций в последние годы вызывает тревогу. Иногда непонятно, почему это, собственно, диссертация. Ведь диссертация - это результат научной работы. Но очень часто никакого результата нет, а вместо этого отражен процесс, например, модернизации чего-либо, и этой модернизации конца-краю не видно. Конечно, глубокий функциональный кризис, поразивший наше общество в последнее время, не мог не отразиться в первую очередь на гуманитарных науках - они пострадали куда больше, чем точные дисциплины, где используются формулы и цифры, которым нет дела до кризисов. За этими осторожными словами скрывается признание государством того, что огромная часть научных работ по гуманитарным дисциплинам попросту липа.

В ВАК считают, что сокращение аспирантур, где готовят гуманитариев, позволит решить сразу несколько задач: больше станет аспирантов, занимающихся точными науками; увеличится конкурс среди гуманитариев, и это позволит отбирать самых трудолюбивых и способных, а высвободившиеся после сокращения деньги можно будет пустить на увеличение аспирантских стипендий. Предполагается увеличить срок обучения на очной дневной форме аспирантуры с 3 до 4 лет, что даст возможность тщательнее готовить диссертации. Ведь помимо того, что сейчас только 1/5 от всего числа аспирантов доходит до защиты, ВАК еще отклоняет часть диссертаций, содержание которых не соответствует уровню научной работы. Так, в прошлом году по этой причине было завернуто три процента всего количества кандидатских. Кроме этого, возможно, в недалеком будущем будет ограничено число аспирантов, которых сможет вести один научный руководитель (пока законодательно оно никак не лимитируется). Сейчас научные руководители зачастую набирают себе столько учеников, что не в состоянии с ними разобраться. Почему? За каждого аспиранта полагается надбавка к жалованью. Когда профессорская ставка составляет две тысячи рублей, аспирантские деньги превращаются в существенный источник дохода.

Реформаторская мотивация государства понятна. Молодые кандидаты и доктора наук должны стать достойной сменой ученым советской закалки, способной обеспечить мощь и процветание страны, добиться удвоения ВВП, оставить свои следы на пыльных тропинках далеких планет, утереть нос янки и так далее. Беда в том, что большинство аспирантов, особенно тех, что учатся при вузах, не чувствует в себе ни сил, ни желания этого делать. И используют они аспирантуру совсем в других целях.

Большая часть потенциальных кандидатов поступает в аспирантуры по различным соображениям, зачастую довольно далеким от науки. Так, проведенные пару лет назад социологические исследования показали, что средний возраст аспиранта - 24 года, месячный доход колеблется от прожиточного минимума до 700-1000 долларов. Одной из причин, побуждающих поступать в аспирантуру молодых людей, является отсрочка от армии. При обучении на очном дневном отделении она предоставляется на три года, а если удастся получить степень, то отсрочка становится пожизненной. Многие и не скрывают, что в аспирантуре они просто косят от армии. Например, Константин Д., аспирант одного из московских вузов, честно заявил: Я уже на втором курсе аспирантуры, но пока еще ничего не написал и даже не думал об этом. Поступил только для того, чтобы в армию не загреметь. Науку двигать я не собираюсь. У меня хорошая работа, и на другие занятия времени нет. И таких аспирантов я знаю много. Если бы можно было официально заплатить государству, чтобы не ходить в армию, то оно не тратило бы денег на мое обучение, а наоборот, еще и заработать смогло бы.

Разумеется, отсрочка от службы - не единственная причина роста числа желающих получить степень. Аспирантов не призывали и раньше, однако их количество с 1991 по 2000 годы возросло почти вдвое. Причина в том, что наша кандидатская степень приравнивается к западной доктора философии (PhD), что дает право заниматься научной и преподавательской деятельностью в тех странах, где наука финансируется не по остаточному принципу.

Еще одна причина, по которой выпускники вузов стремятся остепениться, - надежда на то, что кандидатская корочка поможет карьерному росту. Так, по словам аспиранта Института востоковедения РАН, степень дает больше возможностей при устройстве на работу. За три года в аспирантуре многое узнаешь, привыкаешь мыслить системно. Теперь надо будет использовать эти навыки, ведь три года жизни на стипендию должны как-то окупаться. Эти три причины похода в аспирантуру можно назвать основными. Хотя, конечно, есть выходцы из интеллигентных семей, где не иметь степени считается не комильфо, но это становится редкостью.

Большинство аспирантов смотрит на аспирантуру с практической точки зрения. Так, по опросам социологов, только 34 процента аспирантов собираются продолжать занятия наукой после защиты, причем многие из них планируют делать это за границей. Связано это в первую очередь с недофинансированием науки. Хотя высвободившиеся после сокращения набора деньги предполагается пустить на увеличение стипендий, насколько их увеличат, сейчас сказать сложно. Как заявили Итогам в МГУ, этот вопрос должно решать правительство. Нынешние 1000 рублей в месяц никого не спасают. Один из аспирантов МГУ сформулировал свои претензии так: Я думаю, государству пора решить, хочет ли оно заботиться об аспирантах. Мои друзья уже обеспечили себя хорошей работой, деньгами, а у человека, который занимается наукой, вместо всего этого одни проблемы. Иногда просто хочется бросить все и заняться бизнесом, ведь знаний хватает.

Что же касается вузов и учреждений РАН, то складывается впечатление, что их отношение к реформе будет скорее негативным, в лучшем случае нейтральным.

Вузы не заинтересованы в сокращении числа аспирантов по одной причине. Ведь количество ищущих степени и, самое главное, количество защит во многом определяют престиж аспирантуры, несмотря на то, что сами диссертации могут быть при этом невысокого качества. Некоторые считают, что этому способствует сама ВАК, требуя от вузов валовой продукции, а вузы в свою очередь требуют того же от диссертационных советов. Если защит мало, то совет попадает в черный список. Впрочем, Владимир Неволин категорически не согласен с подобной точкой зрения: Как можно говорить о том, что мы требуем валовой продукции, если за последние годы число диссертационных советов было сокращено на 30 процентов! Так что уместнее, видимо, говорить о том, что большое количество гуманитарных диссертаций, не отличающихся особыми достоинствами, - следствие политики, проводимой самими вузами, которым требуется увеличение числа аспирантов. Это ведет к тому, что диссертационному совету выгоднее принять десяток посредственных работ вместо одной качественной, а в результате появляются новые тома макулатуры для архивов.

Правда, многие вузы сейчас обещают ужесточить подход к тем, кто уже учится в аспирантуре. Например, пресс-секретарь МГУ Евгения Зайцева рассказала, что главный вуз страны собирается отчислять нерадивых аспирантов. Однако на практике это скорее всего превратится в контроль не за качеством диссертаций, а за аккуратным их написанием в отведенный срок.
Впрочем, если государство все же проведет десятипроцентное сокращение аспирантов-бюджетников, вузы вряд ли пострадают. Ведь у них есть палочка-выручалочка - платные отделения аспирантур. В самом деле, из 135 тысяч российских аспирантов 50 тысяч обучаются на платных отделениях. При этом платники являются основными финансовыми донорами для аспирантур и диссертационных советов. Вполне вероятно, что сокращение мест в государственных аспирантурах приведет к увеличению числа желающих учиться за деньги, что аспирантское начальство будет только приветствовать. Как следствие, может возрасти и плата за обучение, которую уже сейчас нельзя назвать низкой: в аспирантурах престижных вузов Москвы и Петербурга она составляет несколько тысяч долларов в год. Так, в управлении докторантуры и аспирантуры РГГУ Итогам сказали, что те, кому аспирантура нужна, после сокращения бюджетных мест смогут пойти на платное отделение, например, в качестве соискателя за 1,5-2 тысячи долларов за три года учебы. Заведующая аспирантурой МАИ Галина Владимирова также считает, что сокращение бюджетных мест увеличит количество платников: У нас уже прошло сокращение бюджетной аспирантуры в прошлом году, это привело к росту числа поступающих на платное отделение. При этом количество защит не увеличилось.

Так что рассчитывать на то, что в результате десятипроцентного сокращения набора в аспирантуры увеличится количество качественных диссертаций и тем более прибавится число желающих двигать науку, сложно. Сейчас государство разрабатывает и другие планы, которые должны поднять престиж научной работы в стране. Помимо попыток реформировать аспирантуры ВАК вынуждена вести бои еще на нескольких фронтах. Прежде всего это так называемые негосударственные аттестационные комиссии, самой известной из которых является Высшая межакадемическая аттестационная комиссия (ВМАК) при Международной академии информатизации, учредителем которой является Мосгорсправка. ВМАК позиционирует себя как альтернативу Высшей аттестационной комиссии, а дипломы, выдаваемые такими организациями, внешне практически неотличимы от дипломов ВАК. Другое дело, что самому претенденту на ученую степень делать ничего не приходится, надо только заплатить определенную сумму, в зависимости от финансовых возможностей желающего (от 2 тысяч долларов и выше) и срока написания. По некоторым данным, ВМАК и другие подобные организации выдали уже более 20 тысяч дипломов, причем среди получивших альтернативную степень есть и весьма известные люди. Подобные кандидаты и доктора наносят урон престижу России, - говорит Владимир Неволин. - Так, в прошлом году между Россией и Францией было заключено межправительственное соглашение о взаимном признании наших кандидатов и французских докторов наук. Сразу после этого пришел запрос из Парижа, как узнать, какие из наших кандидатов настоящие, а какие нет. Успешную конкуренцию Мосгорсправке составляет разветвленный сервис Диссертация на заказ. Деятельность эта, по свидетельству экспертов, совершенно законна, поскольку оформляется как консультационные услуги. Можно договориться о содействии непосредственно в защите диссертации, но стоить это будет уже 6-10 тысяч долларов.

Все вышеперечисленное говорит о том, что реформа аспирантур может не принести желаемых результатов. Пока государство не станет конкурентоспособным работодателем - ученые будут уезжать за рубеж и уходить в коммерческие компании; пока не будет решен вопрос с профессиональной армией - молодые люди будут только изображать научную деятельность, лишь бы избежать казармы; пока вузы не получат эффективную экономическую модель, позволяющую организовать нормальный учебный процесс и достойную оплату преподавателям, - будут множиться коммерческие аспирантуры. А до каких-то виртуальных проблем страны людям, решающим свои конкретные земные проблемы, никакого дела нет.

По материаллам  Итоги, 20.04.2004

 

Другие матералы рубрики:

Архив новостей

2017Последние новостиЯнварь