Поволжский Образовательный Портал

На парламентском часе в Госдуме выступил министр образования и науки Андрей Фурсенко, он отчитался об успехах в модернизации профессионального образования в России

Опубликовано 07 апреля 2008

На парламентском часе в Госдуме выступил министр образования и науки Андрей Фурсенко. Он отчитался об успехах в модернизации профессионального образования в России. После его доклада, правда, некоторым депутатам показалось, что они живут с министром в разных странах. Вопросы, которые задавали Фурсенко, в основном касались растущей платности нашего высшего образования, а также беспрецедентного кризиса отечественного начального и среднего профессионального образования, который уже привел к катастрофической нехватке квалифицированных рабочих кадров.

Сколько получает профессор и что думает об этом Фурсенко?

Парадный отчет Андрея Фурсенко был лаконичным: он отметил роль нацпроекта "Образование" - катализатора системных изменений в отрасли; сказал о подъеме учреждений начального и среднего профессионального образования ("впервые со времен СССР"); рассказал о росте зарплат в системе высшего образования (за три года - в два с половиной раза). Еще министр заверил присутствующих, что число бюджетных мест в вузах неуклонно увеличивается; высказался о благотворной роли Единого госэкзамена, позволяющего попадать в вуз независимо от места жительства. А еще о том, что обучаться в престижных учебных заведениях вдали от дома помогает "государственная поддержка образовательного кредитования, а также родительский капитал". Словом, все хорошо, прекрасная маркиза...

Впрочем, похоже, так думает только министр. Существуют две параллельные реальности: реальность отчетов и сама жизнь.

Депутат от фракции КПРФ Борис Кашин заметил министру: "Послушав ваше сообщение, у меня создалось впечатление, что мы живем с вами в разных странах. Я сам заведую кафедрой в Московском университете, и ни одной реальной проблемы (а они заостряются с каждым годом) вы не затронули. У меня два конкретных вопроса: знаете ли вы, какова зарплата ассистента, доцента и профессора в технических вузах Москвы? И второе: есть ли в министерстве понимание того, что нужно принять закон о статусе профессора, как это принято во всем мире? И прекратить ту практику, когда преподаватели, профессора бесправны в отношениях с администрацией"?

Андрей Фурсенко не растерялся и ответил критику: "Что касается средней зарплаты, то могу сослаться на ректора МГТУ имени Баумана Игоря Федорова: ни один нормальный профессор у него меньше 50 тысяч рублей в месяц не получает... Что касается статуса профессора, то я думаю, что эти вещи должны быть прописаны не законом, а отношением. В том числе повышением зарплаты, созданием для ведущих профессоров (одновременно они должны быть ведущими учеными) возможностей заниматься наукой. А это означает - обеспечение хорошим научным оборудованием. Эти вещи делаются, но медленней, чем хотелось бы. В том числе в вузах - победителях нацпрокта. В частности, в 17 вузах Москвы, в основном технических, которые достаточно много денег вложили в создание новых лабораторий. Это та же самая Бауманка, МИФИ, Институт стали и сплавов, МИЭТ, Университет путей сообщения. За два года в развитие материально-технической базы вложено примерно 30 миллиардов рублей. Деньги не большие, но и не малые".

50 тысяч рублей для профессора инженерного вуза - деньги тоже немалые. Даром что он их не получает. Наверняка Игорь Федоров говорил о сумме, складывающейся из скромного профессорского оклада, помноженного на работу того же профессора в родственных вузу фирмах. А так, по данным пресс-службы Бауманки, профессор МГТУ получает не больше 15 тысяч рублей в месяц.

Доцент в вузе федерального подчинения зарабатывает около 9 тысяч, а профессор - где-то 14 тысяч рублей (в МГУ эти цифры удваиваются). Москва платит больше: доцент, работающий в вузе московского подчинения, получает 13,5 тысяч рублей, а профессор - под 20 тысяч.

Сколько стоит наше бесплатное образование

Депутат от "Единой России" Анатолий Иванов спросил министра: "У населения есть мнение, что образование сегодня является платным. Можете ли вы его опровергнуть?"

На это Фурсенко справедливо заметил: "Если такое мнение у населения существует, то они будут слушать не меня, а смотреть на реальную ситуацию".

Что правда, то правда (насчет "реальной ситуации" - это типичная оговорка по Фрейду). Население начинает копить на образование ровно тогда, когда будущий студент издает первый писк, появившись на свет. Но, по мнению министра, "когда мы сегодня существенно увеличиваем оплату каждого бюджетного места, это приводит к тому, что вузы держатся за бюджетных студентов, а не за "платников". Это означает, что бюджетный студент имеет все возможности получить хорошее образование".

Опять незнание реальной жизни. Дело в том, что студенты государственного вуза чаще всего и не знают, кто учится на бюджете, а кто - за деньги. И преподаватели этим не интересуются. Если они хорошо и честно учат, им все равно: ставить пятерку бюджетнику или платнику.

Андрей Фурсенко сказал, что на каждую тысячу выпускников школ у нас сегодня есть 500 бюджетных вузовских мест. В вузы уже шесть лет подряд поступает больше народу, чем заканчивает школы. "При этом, - сказал министр, - количество бюджетных мест меняется незначительно. Мы, скорее, обозначаем тенденцию. Уменьшили количество приема на места экономистов и юристов. Но, по нашим оценкам рынка труда, сегодня тройное, четверное перепроизводство людей с дипломами юристов и экономистов". При этом он заверил, что никому не придет в голову уменьшать бюджетный прием на юрфак МГУ или СПбГУ. Речь идет лишь о том, когда "бывший транспортный техникум готовит юристов, это - обман людей".

Министр, конечно же, напомнил о грядущем резком демографическом спаде: количество выпускников в 2010 году по сравнению с 2006-м уменьшится вдвое. "Я думаю, - сказал Андрей Александрович, - что в ближайшее время два из трех выпускников смогут поступать на бюджетные места. При этом мы будем увеличивать количество бюджетных мест на востребованные специальности".

"И все-таки сколько процентов студентов сейчас учится в вузах на бюджетной основе? - спросил Владимир Федоткин, доктор экономических наук, депутат от КПРФ. - И еще: в каких вузах наибольшая плата за учебу за год?"

По словам министра образования, в негосударственных вузах у нас учится примерно 15% от всех студентов. Это около 7 миллионов человек. Из тех, кто получает образование в государственных вузах, на бюджетных местах учится примерно половина. При этом они очень неравномерно распределены по специальностям. Например, в Бауманке на платных местах обучается примерно 20% студентов (это объясняется просто: те, кто поступает в Бауманский, в массе своей просто не могут платить за образование. Это чаще всего дети инженеров. Если бы плата была высокой, туда просто никто бы не поступал - Н.И.-Г.).

По сведениям Андрея Фурсенко, самая высокая оплата сегодня на гуманитарных факультетах в МГУ. Она превышает 250 тысяч рублей в год. В МГИМО - примерно те же суммы. Речь идет о востребованных и престижных гуманитарных направлениях.

Развал ПТУ привел к кадровому дефолту

Но все-таки главной темой дня стало профтехобразование. Тут сегодня просто катастрофа. В 90-е многие ПТУ и техникумы умерли своей или насильственной смертью, а довершил развал недавний перевод финансирования учреждений начального и среднего профессионального образования с федерального уровня на региональный. В итоге, по данным РИА "Новости", можно говорить о грядущем "кадровом дефолте". В большинстве промышленных центров уже ощущается острая нехватка рабочих, инженеров, менеджеров и даже руководителей высшего звена. Например, предприятиям Санкт-Петербурга и области необходимо почти 600 тысяч человек. Нужны строители, медсестры, энергетики, менеджеры по продажам, милиционеры... Одна из самых востребованных профессий - сварщик: несмотря на высокие зарплаты, профессионалов в этой области днем с огнем не сыщешь. Или: только для запланированных крупных строек в сибирских и дальневосточных регионах потребуется от 1,5 до 3 миллионов специалистов, но взять их негде.

"Единоросс" Михаил Тарасенко сказал, что реальные бюджеты средних специальных учебных заведений горно-металлургического комплекса сегодня на две трети формируются от хозрасчетных групп обучаемых, что противоречит 43-й статье Конституции. В то время как подавляющее число предприятий металлургии уже испытывает острый кадровый голод на рабочих сквозных профессий. Даже далеко не в лучшем 1994 году в системе начального профобразования было подготовлено 7500 квалифицированных рабочих, а в 2006-м - только 2 тысячи. Эта статистика определяется и демографической ситуацией, но это и результат недооценки начальной и средней профессиональной школы со стороны министерства и субъектов Федерации, со стороны работодателей.

Конечно, в профессиональной школе есть свои лидеры: 76 из них в 2007 году стали победителями нацпроекта "Образование". Но ведь в стране таких образовательных учреждений 6 тысяч, и далеко не все из них имеют поддержку бизнеса, региональных и местных властей. Для большинства проблема в устаревшей материально-технической базе, на которой невозможна подготовка современных специалистов. Уровень оплаты труда преподавателей в два с лишним раза ниже зарплаты по России. Поэтому среди преподавателей в основном люди пенсионного возраста.

Об этом говорили и другие депутаты: член фракции КПРФ Александр Куликов считает необходимым поднять зарплату мастера производственного обучения в системе профтехобразования. Сегодня она составляет 5-6 тысяч рублей. Стипендия студента профессионального училища - 310 рублей. Он предложил поднять средства на питание ребят, проживающих в общежитиях (примерно 33 рубля в день) хотя бы до уровня уголовников, которых кормят на 70 рублей.

Депутаты (будь то "единороссы", "справедливороссы" или коммунисты) констатировали: перелома в начальном и среднем профобразовании не произошло. Оно продолжает оставаться падчерицей системы. Не стоит строить иллюзий и в отношении осознания бизнесом своей роли в формировании рабочих кадров.

Депутат от "Справедливой России" Антон Беляков сказал, что перевод техникумов на региональное финансирование, по крайней мере у него, в Астраханской области, оказался весьма неблагоприятным: ряд училищ были закрыты (иногда путем слияния со смежными). Он предложил вернуться к идее федерального софинансирования по среднему профобразованию (как это было раньше). Еще депутат поинтересовался, как обстоит дело с долгосрочным планированием создания рабочих мест. Чтобы предприятия могли совместно с правительством, через ассоциации работодателей, планировать: через пять лет будет необходимо такое-то количество сварщиков или работников других рабочих специальностей. Квотировать у себя соответствующие рабочие места и заказывать специалистов через систему среднего профобразования?

Фурсенко заверил присутствовавших, что такой прогноз сделан совместно с участием работодателей. Он касается и вузов, и средних специальных учебных заведений. "Мы этот прогноз доводим до сведения и представителей образования, и работодателей. Но не можем приказывать. Мы можем регулировать этот процесс количеством бюджетных мест. Их число мы определяем в зависимости от рынка труда. Рынок труда сегодня определен до 2015 года. Мы эту работу будем развивать дальше".

Что касается средних специальных профессиональных учреждений, то, по словам министра, часть из них осталась на федеральном уровне, а часть - перешла на региональный. Это те учреждения, которые были нужны регионам для подготовки специалистов в региональной сфере. "В результате, - сказал Андрей Фурсенко, - к сожалению, не везде эти техникумы сохранились, хотя есть регионы, где они стали жить гораздо лучше. Например, в Чувашии, в Татарстане, в Санкт-Петербурге, Москве".

Напомним, что в стране почти 90 субъектов Федерации.

Вместо образовательной сегрегации нужно образование для всех

Самой острой критике процессы, происходящие в образовании, подверг депутат от КПРФ Олег Смолин. Его выступление мы приводим полностью:

- Сегодня наши два президента много говорят о человеческом капитале и инновационной экономике. Но с большой грустью я наблюдаю то, что происходит в реальной образовательной политике. Если б я был членом одной из партий власти, я бы, наверное, заподозрил, что против наших президентов совершается какой-то заговор, потому что слова и дела отличаются очень сильно.

Впрочем, есть вещи, которые мы приветствуем в деятельности нашего министерства. Ну, например, рост бюджетных расходов в 2006 и 2007 годах - на уровне социальной инфляции и даже немножко выше. Или закон о бесплатном образовании для контрактников. Или, хотя и с большими оговорками, некоторые элементы национального проекта, которые позволили многим вузам, подавая заявки на конкурс, попытаться определить собственные перспективы.

Что касается негатива, то его намного больше. Я солидарен с Общественной палатой, что у нас с 2004 года происходит не реформа, а контрреформа образования; не модернизация, а контрмодернизация. И что сейчас выстраивается фактически две различные системы образования, возникает образовательная сегрегация: одна система - для представителей бизнеса и политической элиты (хорошая) и другая - для всех остальных (какая придется).

Вот доказательства. Два президента говорят про человеческий потенциал. Между тем сравним два доклада о развитии человеческого потенциала в мире - предпоследний и последний. По предпоследнему докладу, по благосостоянию мы - 55-е, по последнему - 56-е. По образованию - по предпоследнему докладу - 15-е, а по последнему - 26-е. Явный спад. Причем, по недавнему опросу, треть граждан России (опрашивали молодежь) полагают, что если радиоактивное молоко прокипятить, то радиоактивность исчезает. До сих пор мы были выше других стран по грамотности в области естественных наук. Единственное, что может успокоить (я рад вместе с Андреем Александровичем), что ситуация по долголетию намного хуже, чем с образованием: были 114-е, стали 119-е.

Бюджет. Программа-2020 предполагает бюджетные расходы с ростом, примерно 10-14% в год. На самом деле в трехлетнем бюджете за три года заложен рост примерно в 20%. На полицейские структуры - 45%. Если раньше говорили, что бюджет можно выразить формулой: пушки вместо масла, то теперь - дубинки вместо книг.

Кстати, что касается нацпроекта "Образование", то финансирование по бюджету в 2009 году должно быть сокращено в два раза. Плакал национальный проект!

Бюджетные места. Президент Медведев говорил публично, что государство против сокращения бюджетных мест, что их нужно наращивать. За три года бюджетный набор сокращен на 25%, в следующем году предполагается сократить его еще на 2%. А по некоторым специальностям - на 5-6%.

Хотел бы спросить: кто должен отвечать за слова президента? Понятно, что бюджетное образование более качественное, чем небюджетное. А мы его сокращаем. У нас сейчас уже меньше 40% бюджетных студентов (в Германии - более 90%, во Франции - более 80%). Если вам говорят, что одновременно с уменьшением набора улучшаются показатели, то, значит, это порочные показатели. Нужно пользоваться другими. Такими, какими пользуется весь мир. А именно - количество студентов на 10 тысяч населения. Мы находимся в демографической яме, и из нее измерять количество выпускников и абитуриентов - неправильно.

Закон о принудительной бакалавризации всей страны. Опять же Дмитрий Медведев, выступая на заседании правительства, говорил, что нельзя делить студентов на белых и черных. Получается же, что одно - бакалаврское образование - для блондинок и офис-менеджеров, а другое - более или менее нормальное - для узкого круга людей. Спрашивается, почему правительство относится к указаниям (теперь) президента, как мусульманин к женщине: выслушивает и делает наоборот?

Президент Путин говорил, что зарплата в образовании должна быть выше, чем в среднем по стране. Но на самом деле предполагается, что зарплата в коммерческом секторе увеличится на 94%, а в образовании - только на 27%. Это - относительное обнищание интеллигенции.

И последнее предложение: У нас есть целая программа "Образование для всех". Назову только три позиции. Первая: пересмотреть бюджет. В ближайшие три года нужно удвоить в реальных деньгах финансирование образования, а зарплату наращивать со скоростью в полтора раза каждый год. Второе: отменить или отсрочить введение законов о ЕГЭ, о бакалавризации всей страны и об автономных учреждениях. Третье: воссоздать Министерство просвещения. Во главе поставить человека, который был бы не человеком власти в образовании, а человеком образования при власти. Вместо образовательной сегрегации нужно образование для всех. Причем качественное.

Наталья Иванова-Гладильщикова.

Другие матералы рубрики: